Інтерв'ю

Интервью с директором КП «Житомирводоканал» о проектах за деньги Мирового банка, тарифах и экологии

12 квітня 2018, 18:08

Андрей Никитин был назначен директором коммунального предприятия «Житомирводоканал» в начале июня 2016 года. За время его руководства несколько раз повышались тарифы, житомиряне так и не рискуют пить воду из-под крана, а водоканал периодически продолжает извиняться за неудобства во время порывов и отключения воды. Есть ли возможность модернизировать устаревшее оборудование, какие изменения после этого ощутят жители Житомира и планируется ли очередное повышение тарифов на водоснабжение – на эти вопросы в интервью Житомир.info ответил Андрей Никитин.

- Когда вас назначали на эту должность, какие задачи перед вами ставили?

- Основные задачи перед моим приходом на должность директора водоканала – реализация проекта Мирового банка и вывести водоканал из состояния глубококризисного и далекого от современного украинского понимания того, как должен выглядеть водоканал.

- Удалось?

- Водоканал уже не на первобытном уровне, это точно. Первый и главный показатель – это прибыльность или убыточность предприятия. Решить эту проблему за год или за два невозможно, но позитивная динамика по снижению убыточности предприятия есть, ее можно увидеть: когда я пришел – было 37,9 миллионов гривень убытков за год, сейчас – 29,6 миллионов. Есть еще вторичные показатели: потери воды, потребление электроэнергии, задолженность, и в первую очередь – за ту же электроэнергию.

- По-моему, задолженность за электроэнергию за время вашей работы не уменьшилась, сейчас долг водоканала перед облэнерго – около 20 миллионов (по состоянию на 1 июня 2016 года долг составлял 20 млн 729,4 тис. грн).

- В 2017 году мы заплатили практически своими оборотными средствами 2 миллиона гривень долга «Житомироблэнерго». В прошлом году водоканал платил в среднем порядка 6,5 млн грн за электроэнергию (в месяц), сейчас тарифы безбожно растут и плюс ко всему большое количество талой воды негативно сказалось на нашей экономической деятельности – последние месяцы выплата облэнерго доходила до 8 миллионов гривень. Все месяцы 2017 года и в 2018 году мы идем без наращивания задолженности и погашаем долги прошлых лет. В 2017 году мы на 100% рассчитались за электроэнергию, которую получили, и 1 миллион 800 тысяч гривень заплатили долгов предыдущего периода, эта задолженность образовалась в 2014-2015 годах. В этом году мы уже по договору о реструктуризации 313 тысяч заплатили за март месяц, и следующие 59 месяцев мы будем выплачивать остаток долга. Никакого прироста задолженности за время моей работы не было.

- О потерях воды: мэр говорил, что потери воды в Житомире – на уровне 50-60%.

- Когда я пришел, потери воды были 56% - это средняя цифра по 2016 году. Мы активно начали деятельность по снижению потерь в сентябре 2016 года и к концу 2017 года мы смогли выйти на цифру 54%. Сейчас у нас в месяцы по-разному бывает, но я не помню, чтобы мы превышали 54%, а за предыдущий месяц было 50% потерь. Сейчас рано говорить о статистике, нужно подождать хотя бы полгода, чтобы увидеть тенденцию. Уменьшение потерь даже на 1% - это труд, деньги и время, и это серьезные капиталовложения, например, можно поменять трубопровод стоимостью 2 миллиона гривень и на 1% уменьшить потери воды.

- Я, как потребитель, когда слышу про 50% потерь воды – мне больно за водоканал и за себя, потому что кто-то же оплачивает эти потери.

- Да, вы правы. В тарифе заложено 36% потерь воды, это допустимая норма, но у нас сверхнормативные потери, которые не покрываются тарифами, это наши убытки.

- Если за 2 года потери уменьшаются на 2%, то чтобы дойти хотя бы до 36%, нужно еще лет десять?

- Все зависит от нескольких факторов – от времени и от финансирования. Если есть достаточное финансирование, то можно сделать все гораздо быстрее.

- И как с финансированием?

- Финансирование есть. Но перекрывает ли оно все потребности и может ли оно перекрывать все потребности водоканала?


- Мы сейчас говорим о финансах из городского бюджета?

- Да, сегодня мы можем говорить только о финансировании из городского бюджета. У нас есть кредитные средства, но большие реконструкции еще не начаты, они начинаются буквально с этой недели. Если говорить о потерях воды, то тендер на большую замену сетей водоснабжения состоялся только две недели назад, и еще два месяца мы будем делать оценку этого тендера.

- Это тендер за кредитные деньги?

- Да, это деньги Мирового банка реконструкции и развития (МБРР).

- Тут есть кредитные и грантовые деньги?

- Нет, только кредитные, но под очень низкий процент, т.е. там есть два вида процентов – 0,45 и 0,75.

- Когда вы пришли работать руководителем водоканала, процесс получения этих кредитов уже шел?

- К тому времени часть договора была заключена, на 30 миллионов долларов. После моего прихода водоканал получил еще 10 миллионов за счет тех городов, которые вышли из проекта из-за ситуации на востоке Украины, Донецк, например. И нам от Донецка досталось еще 10 миллионов долларов кредита. Общая сумма кредита 40 миллионов.

- Водоканал уже что-то начинает делать за эти деньги или они пока просто на бумаге?

- Этот кредит подразделяется на пять пакетов, пять направлений: два направления консультационные и три – это строительство или реконструкция. Мы заплатили и закрыли уже первый консультационный проект. Консультации нужны до начала строительства – это проектирование, разработка специальных программ геодезических. И консультации нужны в процессе строительства – это технадзор. И есть еще три строительных пакета: строительство новых канализационных очистных сооружений, строительство новых водопроводных очистных сооружений, замена 10 км сетей водопровода и дюкеров (напорный участок трубопровода, прокладываемый под руслом реки).

- 10 км в масштабах города это не так уж и много.

- Да, это мало. Но мы делаем 10 км больших магистральных трубопроводов, и это стоит дорого.

- Магистральные трубопроводы – это, например, возле водоканала, где постоянно случаются порывы и город остается без воды?

- Да, именно. Из водоканала выходит четыре основных ветки водоснабжения в город, и начало этих четырех веток мы будем делать. Большинство из них находится в крайне плохом состоянии. Сумма, которая предусмотрена на проект по замене сетей – 5,5 миллионов долларов. Мы выбрали именно большие диаметры, потому что за городские деньги мы их никогда не сможем сделать, это очень дорого, 150 миллионов гривень надо найти, это просто не реально. Магистральные трубопроводы – это не только кусок трубы, это колодец большого диаметра, задвижки большого диаметра. Это очень дорого стоит. И потом еще нужно сделать благоустройство.


- Когда начнется процесс реконструкции?

- Все процессы начнутся в 2018 году. По плану 13 апреля у нас начинается строительство очистных сооружений, канализации. У нас будет большой брифинг, визит компании, которая выиграла тендер и с которой мы подписали контракт.

- Откуда компания?

- Из Словении. У нас было 9 участников тендера по канализационным очистным сооружениям, его выиграла словенская компания, их предложение абсолютно технически нас устроило и цена ниже ожидаемой на 3 миллиона долларов. Контракт подписан. Этот проект МБРР включает в себя проект, поставку и монтаж. У нас есть концептуальный дизайн очистных канализации, а они будут делать детальный дизайн, т.е. рабочий проект, потом строят и вводят в эксплуатацию. По контракту 270 дней у них отведено на проектные работы, после чего они в течение 630 дней строят.

- Т.е. в этом году работы не начнутся, будут делать только проект?

- Да, по сути, этот год – это год проектирования.

- Два других проекта тоже начнут реализовывать в этом году?

- Водопроводные очистные сооружения идут по такой же схеме. Я думаю, что сейчас мы оперативно получим разрешение от Мирового банка присвоить победу тому, кто нас устроил по результатам тендера, и он приступит к проектированию. Там примерно такой же период времени на проект и реализацию. Ориентировочно, в конце мая этот проект должен стартовать. По сетям другая ситуация: у нас уже есть рабочая проектная документация и сейчас мы проходим экспертизу. Как только мы проведем тендер и объявим победителя, а это будет не раньше, чем через два месяца, он сможет сразу же приступать к работам. Причем, мы строим 10 км, а проектов у нас после консультантов стало на 20 км и мы надеемся это сделать за счет экономии. Уже сейчас видим, что из 40 млн долларов 7 миллионов мы уже сэкономили на тендерах.

- Сколько конкретно стоит каждый из трех проектов?

- На канализационные очистные прогнозировали 16 млн дол., а контракт будет на 13,6 млн долларов (с НДС), на водопроводные и большую насосную станцию мы прогнозировали 17,5 млн дол, но тоже будет меньше, примерно те же 13,6 млн дол. На сети мы прогнозировали 5,5 млн дол. и, скорее всего, так и будет, потому что там всего два участника с одинаковой практически ценой. Т.е. мы экономим почти 7 миллионов и теоретически мы могли бы потратить их на сети, сделав не 10 км, а 20. И с Сергеем Ивановичем (Сухомлином, мэром Житомира) мы говорили, и он больше всего настаивает на том, чтобы потратить эти деньги на сети. На 50% я с ним согласен…

- А другие 50%?

- У нас есть очень большая проблема с главной канализационной насосной станцией, и я вижу, что это для нас как «пороховая бочка».

- Вы вот сейчас просто пугаете людей словами «пороховая бочка» - может «рвануть» и весь город останется без воды?

- Да. Главная канализационная насосная станция находится в плохом состоянии, это не секрет. Оборудование способно справляться, и есть достаточно много насосов основных, резервных, но технически меня очень сильно беспокоят трубопроводы внутри насосной станции и которые под напором качают на очистные сооружения. Я считаю, что нужно бороться за то, чтобы на эту станцию, на ее реконструкцию выделились деньги.

- Этот «взрыв» может случиться в любой момент или есть еще какой-то запас времени, прочности?

- У нас порывы трубопроводов напорных на насосной станции случаются очень часто, вы их не замечаете, потому что мы их вовремя успеваем ликвидировать: перекрыли один, переключились на другой, резервный. Оборудование очень старое, изношенное, сделанное в 60-х годах прошлого века. Хороший производитель дает гарантию на эксплуатационный срок именно металла – не более 30 лет. Через 30 лет металл «устанет», а у нас насосы служат больше, чем 30 лет.


Насосы в машинном зале водоканала (из фоторепортажа о работе КП)

- Реконструкцию насосной станции можно вписать в проект за кредитные деньги МБРР?

- Когда я пришел работать на водоканал, то про проекту Мирового банка у нас был консультант и всего один объект – реконструкция очистных сооружений воды и насосной станции. Был кредит 30 млн дол. и стоимость реконструкции очистных сооружений – 28 млн дол. И все. Я посмотрел на это и подумал – по-моему, дороговато, необоснованно дороговато. На самом деле у нас был хороший испанский консультант, но по какой причине не он работал, а украинские псевдо-консультанты – я не знаю. Вернее, знаю, но не скажу.

- Испанский консультант был от Мирового банка?

- Был тендер проведен на консультанта, который готовит нас к большому строительству. Его выиграла испанская компания, очень хорошая.

- А как они могли выиграть и не работать консультантами? Это же нарушение условий тендера.

- Кто-то им сказал, что в Украине есть достаточно много экспертов хороших, вы сможете сэкономить у себя, а они здесь поработают.

- Сказал кто-то местный, фамилию назовете?

- Не назову. Наверное, местный. Что мы пережили, пока убирали украинских псевдо-консультантов и возвращали испанских, я вам рассказывать не буду. Но было неприятно.

- Были угрозы какие-то?

- По-разному было, в том числе и угрозы.

- В полицию обращались?

- Нет, смысла не было никакого. В итоге вернули мы настоящих испанских консультантов. Приехал человек, который запроектировал очистные сооружения в Бильбао, таких у нас нет. Сейчас после тендеров эти 28 млн дол. от украинских псевдо-консультантов превратились в 13,5 миллионов, которые мы потратим на очистные сооружения воды и на насосную станцию.

- Когда будут реализованы эти проекты?

- Конечный срок – октябрь 2020 года. До этого срока все должно быть сдано и все должно работать. Словенцы, например, планируют закончить объект весной 2020 года, сдать его и уехать. Я им говорю: вы молодцы, оптимисты, в Европе, наверное, так и было бы, но у нас свои реалии. Но эту дату я себе записал (смеется).


Директор с сотрудницами водоканала (фото из Facebook Андрея Никитина)

- После реализации всех трех проектов, что изменится для житомирян, как они ощутят вложение этих кредитных денег?

- В кранах будет питьевая вода, порывов будет меньше, потери будут меньше. И экология лучше, потому что сточные воды – это номер один экологии, два – это мусор, три – это выбросы. Например, когда мы собираемся Ассоциацией водоканалов, к нам приезжают немцы и начинают нас учить, рассказывать, как надо строить современный водоканал и о чем надо думать в первую очередь, мы им говорим – нам нужна питьевая вода из крана, они говорят – окей, реконструируйте очистные сооружения канализации. Потому что глобально вы берете воду из реки и ее туда возвращаете, какой вы ее должны туда вернуть, чтобы нормальную потом забрать? Да, наш водоканал берет воду выше по течению, чем сбрасывает, но глобально все водоканалы сбрасывают туда, откуда мы пьем. Экология – это вода, это земля, которая загрязнена теми же сточными водами. У нас нет питьевой воды на поверхности земли... После реконструкции мы будем сбрасывать чистейшую воду. У нас и сейчас анализы (воды) не плохие, но сколько мы тратим сил и денег, чтобы ее очистить – это гораздо больше, чем нормально, потому что мы не эффективные в этом, мы старые, допотопные. Когда считали ТЭО (технико-экономическое обоснование) для министерства и для Нацкомиссии сколько же мы денег будем в год экономить после реконструкции, получилось 13 миллионов 900 тысяч гривень в год. Это за счет экономии электроэнергии и автоматизации, т.е. экономии зарплаты: сейчас работает 139 человек, а будет работать 49.

- Почти сто человек вы отправите на биржу?

- На биржу. Вы бы видели, какие процессы у нас выполняются вручную! Например – включить насос: сейчас человек нажимает кнопку, а насос сам должен включаться от датчика, все должно быть автоматизировано.

- По поводу долгов за водоснабжение – убыточность водоканала могла бы быть меньше, если бы все платили. Сколько сейчас должны предприятию?

- В районе 26 миллионов, это люди должны, т.к. практически все предприятия рассчитались. Эта сумма больше, чем мы должны облэнерго.

- Что вы с этим делаете, в суды обращаетесь?

- Все делаем, в суды обращаемся, но долг все равно растет. Главная причина – социальный фактор, реальная бедность. Эту задолженность нам создают 3% наших абонентов, это не пенсионеры, а люди, социально опустившиеся, алкоголики, наркоманы. Единицы из них с низкой социальной культурой: «Я не буду платить, потому что у вас плохая вода». А остальные – это люди, которые никогда не пустят в квартиру, а если пустят, то значит дверь там без замка, можно зайти, посмотреть и убедиться, что он не заплатит никогда, а мы же не можем отключить ему воду, законом запрещено.

- Но вроде же была система поквартирного отключения должников?

- Это блокировка канализации, а не отключение воды, воду мы не имеем права отключать. Это считается и социальным и экологическим вопросом: если мы отключим воду, то человек не сможет помыться, отсюда вирусы, бактерии, заболевания и прочее.

- Давайте поговорим о тарифах: в Житомире они по сравнению с другими городами Украины выше, ниже, на среднем уровне?

- Чистая серединка.

- Повышать планируете в этом году?

- Да. Мы подали заявку на повышение на 22%.

- Люди вас проклянут…

- Послушайте, нам каждый месяц облэнерго повышает стоимость электроэнергии, мы за ними просто не успеваем. НКРЕКП им согласовывает тарифы очень быстро, а мы со своими расчетами можем ждать по полгода.

Тамара Коваль, редактор Житомир.info

Теги: Нікітін водоканал МБРР реконструкція 
Матеріали по темі