"Не могу дать никаких объяснений случившейся аварии. Если гибнет столько людей, а причину не знает никто, может, действительно, эту шахту нужно закрыть", - сказал он в понедельник после заседания государственной комиссии по расследованию причин взрыва, произошедшего в шахте в ночь на 18 ноября, сообщает Дело.
По словам Ефима Звягильского, для обеспечения безопасной технологии добычи угля в шахту были вложены значительные суммы. При этом он согласен с тем, что окончательный вывод о причинах аварии можно будет делать только после завершения расследования специальной комиссии.
Вчера вечером специалисты комиссии еще не приступили к работе в шахте из-за очередного пожара в выработках. Напомним, что проанализировав предыдущую аварию на шахте им. Засядько, которая произошла 20 сентября 2006 года, комиссия сделала вывод о том, что ее причиной стали неизвестные науке газодинамические явления. «Для нас это совершенно новое явление», — заключил тогда министр угольной промышленности Сергей Тулуб.
Экс-заместитель губернатора Донецкой области Александр Клименко согласен с тем, что добычу угля ценой десятков человеческих жизней следует остановить.
«В безопасность шахты им. Засядько вкладывают миллионы гривен. Эти средства можно направить на возрождение шахты им. Панфилова, которая расположена рядом, при этом горно-геологические условия там проще», — говорит Клименко. По его словам, за счет этого удастся решить социальные проблемы, которые возникнут в случае закрытия шахты им. Засядько.
Точной суммы средств, направленных на безопасность на шахте им. Засядько, никто не называет. Однако глава Донецкого независимого профсоюза горняков Анатолий Акимочкин уверен, что больших денег, чем здесь, на безопасность добычи истрачено не было.
В качестве примера он приводит факт постройки на шахте им. Засядько двух новых стволов для нагнетания воздуха в выработке, которые улучшили вентиляцию в несколько раз. Известно, что такие сооружения — недешевое удовольствие.
Кроме того, на шахте смонтирована установка дегазации — с ее помощью не только откачивают метан, но и перерабатывают этот газ для использования в качестве энергоносителя. Годовая мощность установки — 50 миллионов кубометров газа. «Такие же установки по дегазации выработок, как на шахте им. Засядько, я видел на шахтах Германии и Польши», — говорит Акимочкин.
Если сравнивать травматизм, к примеру, на украинских и немецких шахтах, то цифры явно не в нашу пользу. При ежегодной добыче в Германии около 30 миллионов тонн угля, там гибнет в среднем два горняка в год. Глубина некоторых немецких шахт достигает 1500 метров. «Наука не дает объяснений, почему так часто гибнут на шахте им. Засядько. А что скажет наша наука, когда ее почти нет. Помещения ведущего угольного института — ДонГИПРОшахта — отдали налоговой инспекции. В советские годы в институте работали две тысячи человек, а сейчас — 200 пенсионеров», — заключил глава Донецкого независимого профсоюза горняков. Очевидно, что если и дальше на науку будут выделять копейки, неизведанных явлений в шахтах будет все больше.
Первый заместитель главы Независимого профсоюза горняков России Никита Шульга уверен, что следует закрывать самые опасные шахты. «Шахта им. Засядько стала символом трагедии. В цивилизованных странах такие шахты закрывают. Надо подождать, когда наука будет знать, как безопасно добывать уголь в таких условиях, как на шахте Засядько», — предлагает Шульга.
